[1] Варки – дела.

Семён, ввиду своего состояния, решает, что босс поддерживает именно его позицию, поэтому уверенно продолжает излагать свою точку зрения, дискутируя с Александром:

– Твою Россию Америка с Европой давно уже сделали сырьевым придатком. О каких технологиях ты говоришь?! Танки они строят, пусть хоть один пылесос или холодильник толковый построят. Ха-ха-ха! Всё уже давно скуплено и продумано Западом. Так что твой Ванька пусть тихо сидит на печи и бьёт баклуши.

– Что-о-о?! – заорал вконец охмелевший Александр. – Ты поинтересуйся, тёмный ты человек, какими технологиями обладает Россия! Просто дух захватывает от полёта мысли и идей, которые реализуются в военной отрасли!

– Ага, технологии передовые, только вот пенсии отсталые, на уровне африканского государства, – продолжал стебаться Семён, знающий слабые места оппонента и желающий уколоть его побольнее. – Коррупция ужасная, социальной защиты ноль, беспредел и бардак, как на диком Западе, за чертой бедности живёт половина населения, но зато у нас танков много и самолёты с ракетами первоклассные! Одно хамство и бескультурье! – поставил он жирную точку в своём рассказе, выпил очередную рюмку бренди и замер в ожидании контрудара.

Александр растерялся, замешкался. Как человек грамотный и начитанный, он знал, что Семён во многом прав и факты на его стороне, но надо было что-то отвечать и отстаивать свою позицию.

– Да нет, культурные они и образованные, – уверенно, но заметно тише начал он. – Просто бедные и оттого злые. Когда у тебя зарплата двести-триста долларов в месяц, не до культуры и вежливости. А в голове одно: как выкормить семью и заплатить все налоги. И как бы это ни было грустно, но в нашем материальном мире абсолютно всё упирается в финансовый вопрос. Деньги правят всем, и, где их в достатке, там процветает культура, моральные ценности и иные блага. А где их нет – там хамство, коррупция и злость. Подсадите западный мир на российские получки, и через пару лет здесь будут похожие проблемы. Исчезнут хвалёная демократия и толерантность, людям будет просто не до них.

– Ещё чего! – возмущённо перебил Александра Семён. – Пусть они там, – он замахал руками в сторону настежь открытого окна, – живут как хотят. А наши достижения и ценности пусть не трогают.

В Семёне заговорил почти коренной англичанин и человек, непосредственно приложивший множество стараний для этих самых благ с достатками.

– Свою голову на плечах нужно иметь, – не унимался он. – А то самое богатое государство в мире, а живут как оборванцы.

«Опа-па, красавцы! Да тут, по ходу, и одному, и второму башни посрывало», –подумал Станислав и жестами запретил уже и Семёну наливать чересчур забористые напитки. Благодаря его стараниям, исчезли водка и бренди, но поверхность стола обильно покрывали баночки с довольно крепким пивом. Исчезновение некоторых видов алкоголя нисколько не повлияло на оппонентов. Схватив по банке пива, они продолжили свою дискуссию на повышенных тонах.

– А я вам говорю, – обращаясь уже ко всем присутствующим и безуспешно пытаясь встать, горланил Александр, – дайте России двадцать-тридцать лет, и там вырастет такое поколение, такие талантливые люди, что на них будет равняться всё человечество. Только отстаньте от них, не суйте палки в колёса.

– А мы их перекупим! – парировал также попытавшийся встать и даже умудрившийся это сделать Семён.

– Ну если только… – с обидой в голосе согласился Александр. – Вы только и умеете, что подкупать, продавать и предавать.

– Но зато живём как цивилизованные люди, в тепле и достатке, – заключил коварный Семён, размахивая бутербродом с красной икрой и тем самым как бы демонстрируя сытную западную жизнь.

– А знаешь что, умник? – уныло, тихо и немного скучно заговорил Александр.

– Ну-у-у! Что?! – властно и демонстративно, чувствуя за собой правоту, поинтересовался Семён.

– Я человек старый, много что повидал и много где пожил, – как-то издалека начал Александр, обращаясь ко всей компании. – И могу вам сказать одно: как бы я ни спорил с Семёном, в одном он прав.

– О-о-о, а это уже что-то новенькое! – Семён от удивления открыл рот и тихо спросил: – А в чём?

Александр, не спеша (так как алкоголь не позволял говорить быстро и отчётливо), продолжил:

– Вы не поверите, но при Советах я, утром вставая с постели, был уверен и спокоен за своё будущее, за будущее своей семьи. Мне даже в голову не приходило, что я не буду иметь работу или мне не заплатят зарплату. Да и народ был более образованный, воспитанный, что ли… – Он пожал плечами. – Все были добрее, веселее…

– Короче, Склифосовский! А то на клапан давит, дядя, – перебил его и без видимой на то нужды нахамил Игорёк.

– Что и следовало доказать, – скривив гримасу, зафыркал Александр, но всё же продолжил: – После развала СССР мне, молодому, здоровому мужику, стало искренне страшно за своё будущее и жизнь моей семьи, стало страшно за завтрашний день, за неизвестность и безысходность, что окутали нас, связали по рукам и ногам. Коррупция и сватовство подкосили всех, загнав в угол и превратив из гордых и целеустремлённых людей в жалких приспособленцев и попрошаек с протянутой рукой. Я перестал быть гарантом стабильности своей семьи, мне стало стыдно за свою беспомощность и слабость.