– Боже. Как легко эти монстры умирают, в конце концов.

Легкость, с которой он назвал Грейсона монстром, вселила надежду в сердце Джереми. Отношения Жана с Воронами были сложной смесью любви и ненависти, разорванной его отказом признать ужас того, что они сделали с ним в Эдгаре Аллане. Те несколько раз, когда он проговорился — только не Грейсон, пожалуйста, я не просил — он отступал так быстро, как только мог, прикрываясь отказом и уклончивыми ответами. То, что Жан чувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы выглядеть таким беззаботным, было достаточным для того, чтобы Джереми почувствовал облегчение.

Кэт была настолько воодушевлена его ответом, что сказала:

– Скатертью дорога.

– Да, - согласился Жан.

Лайла позволила им несколько мгновений торжествовать, но она собрала все воедино так же легко, как и Джереми.

– Если Уоррен принимает превентивные меры, полиция подозревает нечестную игру. Мы знаем, что ты не способен на что-то подобное, но этим летом Вороны изрядно подпортили твою репутацию. Общественное мнение - безжалостный монстр, когда оно начинает действовать. Нам нужен план, как избавиться от них.

Джереми перевел взгляд с Лайлы на Жана.

– Тренер сказал, что у Жана хорошее алиби.

– Они уже подтвердили это, - сказал Жан.
– Они не могут обвинять меня.

– Ты был с Нилом.
– Джереми надеялся, что Жан сам расскажет, но тот только отхлебнул кофе.
– Ты сказал, что он не пришел бы сюда, если бы у него был выбор. Что он вообще здесь делал?

У Кэт не хватило терпения проявить такт:

– Что он с тобой сделал?
– Когда Жан только нахмурился, она убрала волосы с его лица и сказала: - Ты был в плохом состоянии, когда он привел тебя домой, а у него дурная репутация. Ты не можешь винить нас за то, что мы беспокоимся о тебе, или за то, что мы не доверяем ему.

– Ты не обязана ему доверять, - сказал Жан.
– Я доверяю.

Это был не тот ответ, которого ожидал Джереми. Возможно, Жан тоже этого не ожидал, судя по тому, как он слегка нахмурился, возвращаясь к своему кофе. Джереми проглотил свои оговорки и сомнения и сказал:

– После всего, что он наговорил о Воронах в прошлом году, я не ожидал, что вы двое станете друзьями. Если он все еще в городе, тебе стоит пригласить его на ужин.

Жан даже не колебался.

– Этот невоспитанный ребенок мне не друг.

– Однажды в твоих словах будет смысл, - рассуждала Лайла. Телефон Джереми издал неприятный писк, прежде чем Жан успел ответить, и Лайла бросила раздраженный взгляд в сторону Джереми.
– Неужели ему сегодня нечем заняться? Почему он не на работе?

– Это его неделя...
– Джереми забыл, что хотел сказать, когда увидел имя отправителя последнего сообщения. Страх, охвативший его, был настолько силен, что стал второй кожей.
– Это Джошуа.

– Не надо, - предупредила его Лайла.
– Джереми, не надо.

Джошуа провел последние четыре года, притворяясь, что Джереми не существует, глядя мимо него на каждом празднике и обязательном семейном мероприятии. То, что он обратился к Джереми именно сегодня, не было совпадением.

– Детка, я умоляю тебя...
– Лайла потянулась через весь островок, но Джереми убрал руку, прежде чем она успела выхватить у него телефон.

Джереми набрал короткое сообщение, молча прочитал его и через мгновение уронил телефон в чашку с кофе. Стул Кэт с громким стуком упал, когда она побежала за рисом, а Лайла чуть не оторвала пальцы Джереми, выхватывая кружку из его рук. Джереми смутно ощущал на себе тяжелый, немигающий взгляд Жана, но наблюдал, как Лайла достала его телефон и быстро разобрала его. Кэт вернулась через несколько мгновений, насыпая рис в квадратную пластиковую посуду так быстро, что рассыпала его повсюду.

– Вот, держи, - сказала она, и Лайла засунула куски телефона Джереми как можно глубже. Кэт высыпала из пакета все, что было в нем, и разгладила горку. Она начала ставить его на стол, но, взглянув на Джереми, передумала. Он наблюдал, как она отнесла его на прилавок, потому что это было проще, чем смотреть в лицо Лайле, когда она приблизилась к нему. Она запечатлела долгий поцелуй на его виске, и Джереми в ответ намотал ее длинные каштановые локоны на свои пальцы.

– Думаешь, это сработает?
– Спросил Джереми.

– Надеюсь, что нет.

Джереми вздохнул и отпустил ее.

– Я должен знать.

Она ничего не сказала, и в кухне воцарилась напряженная тишина. Кэт не могла долго это выносить, пока не забарабанила пальцами по столешнице в возбужденном ритме.

– Я не успела закончить обед и умираю с голоду. Я собираюсь приготовить нам что-нибудь поесть.

Джереми совсем не был голоден, но сказал:

– Звучит заманчиво.

Жан протянул руку к Кэт в молчаливом требовании. Она, казалось, была готова отказаться от его помощи, затем велела ему нарезать перец, а сама принялась за лук. Когда она отошла, чтобы достать из шкафчика сковородку, Лайла выпрямилась и толкнула Джереми в плечо. Он послушно занял средний стул, оставленный Кэт, а Лайла устроилась рядом с ним. Джереми сложил руки на кухонном столе и заставил сердце унять бешеный ритм. Несколько минут все молчали, и кухня медленно наполнилась запахом перца и жира.