— Вы к кому? — высунулся из окошка дежурки мордатый мужик в форменном кепи.

— Полиция, — сверкнула Кобра ксивой, раскрыла.

Я тоже махнул корками, но не раскрывал.

— Из руководства есть кто? — спросила она.

— Директор у себя сегодня, — кивнул мордатый. — Но я должен его предупредить и назвать цель вашего посещения.

Ёпта! Сказали же — полиция. Этого что, уже мало? Раньше только одно упоминание, что ты из милиции, открывало все двери.

— Мы будем разговаривать о цели визита только с директором, — холодно проговорил я.

— Минуту, пожалуйста, — мордатый напрягся, покраснел, снял кепи и, подняв трубку стационарного телефона, стал звонить.

— Мы пока пойдем, — махнул я ему и перескочил через вертушку.

Кобра постояла, подумала и тоже перепрыгнула.

Охранник раскрыл рот, похлопал глазами, но ничего не сказал. Стал еще быстрее тыкать в кнопки на корпусе телефона.

— Макс, — спросила Кобра, когда мы уже шли по лестнице. — Ты цель визита придумал? А то у меня как-то не придумывается. Так всё… стремительно.

— Придумал, — кивнул я. — Скажем, что проверка плановая по их охранной деятельности.

— В смысле? Так это дело Росгвардии, кто нам поверит, — нахмурилась Кобра.

— Да? Ну, скажем, что сигнал поступил. Анонимный… Нам главное Рябинина выцепить. О, вот и пришли…

Я ткнул на табличку на двери кабинета: Директор Черкасов П. П.

О-па… Интересное совпадение. Тезка моего старого друга! Аж воспоминания нахлынули. Постучал в дверь, приоткрыл.

— Да! Да! — раздалось из глубины кабинета.

А у меня сердце сжалось… Бля!

Голос-то…

Палыча!

Я переступил порог роскошного кабинета. Красное дерево, золоченые вазы, гобелены с витиеватым орнаментом. Только ростовых статуй из венецианского мрамора не хватало. Смешались в кучу кони, люди. Эх, Палыч, никогда у тебя не было вкуса.

Мой бывший начальник УГРО и по совместительству собутыльник и друг сидел теперь за огромным столом. Всё такой же мощный, с прищуром, но лицо в морщинах. Захотелось рвануть к нему, хлопнуть по плечу, сесть рядом:

«Старый, ты чего такой седой стал? Эх! Сколько лет! Девок в баню уже не водишь? И не можешь стакан залпом осушить, как раньше?»

Но не рванул, сдержался… В груди кольнуло: а что если он? Что если именно Палыч меня тогда слил?

Замотал головой. Нет… Не мог он. Не верю. Палыч — свой мужик.

Но как объяснить, что Рябой сейчас работает у него? С другой стороны, ведь о том, что Рябинин киллер, знал только я. Даже Палычу не раскрывал карты. Не потому что не доверял, а потому что привык не болтать про свои оперативные разработки. Потому что работал по старой школе: наводку держи в себе, не делись, пока не прижмёшь. Так меня учили, так делал, так сам учил молодняк. Такая привычка в нашем деле становится второй натурой, и так просто её не откинешь.

— Здравствуйте, майор полиции Коробова, — первая нарушила молчание Оксана. — Мы к вам с проверкой… поступил сигнал.

Она посмотрела на меня, ища поддержки, я же всё разглядывал старого друга: он всё так же спокоен, тот же проницательный взгляд, только глаза поблекли…

— Здравствуйте, — ответил Палыч и прищурился. — Неожиданно, конечно… Проходите, присаживайтесь. А что, собственно, случилось?

Кобра снова посмотрела на меня, дескать, давай, стажер, твой выход. Я отогнал ненужные мысли и проговорил:

— Вы директор охранного агентства «Легион»?

— Совершенно верно, Черкасов Павел Павлович, — кивнул тот, не сводя с меня испытывающего взгляда.

— Лейтенант полиции… Максим Сергеевич, — представился я.

Он вскинул брови, так и замер, еще раз внимательно меня оглядел.

А потом пробормотал тихо:

— У меня друг был, его также звали… Простите, сейчас это неуместно… Я вас слушаю.

— Пал Палыч, у нас есть несколько вопросов к вашему подчиненному, Рябинину Леониду Самуиловичу, — сказал я.

— Он что-то натворил?

— Надеюсь, это недоразумение, но проверить надо.

— А что случилось, все-таки?

— Он походит на подозреваемого, по ориентировке, по краже велосипеда из подъезда. Там камеры зафиксировали момент.

— Ха! — искренне разулыбался Старый. — Рябинин и кража велика? Извините, за такую реакцию, коллеги, но это нонсенс… И да! Уверен, что это действительно недоразумение.

— Разберемся, — кивнул я. — Вы тоже служили в органах. Коллега?

— Довелось… вы просто сотрудник молодой, Максим Сергеевич, и не знаете, а вот Оксана Геннадьевна должна меня помнить, — он посмотрел на Кобру, потом снова на меня. — Чай, кофе или что посерьезнее?