Я нежно провожу ладонью по его лицу.

– Тебе не кажется, что нам пора перестать быть такими чертовски вежливыми?

– Что ж, либо так, либо я испорчу тебя для остальных мужчин. Выбор за тобой, женушка.

– Правда? – усмехаюсь я.

– Здесь только ты собираешься встречаться с кем-то еще после всего, что будет между нами. Я лишь пытаюсь обеспечить тебе такую возможность.

– Похоже, ты возлагаешь на себя слишком большие надежды.

Его смех звучит немного зловеще. Исайя переворачивается вместе со мной, и я оказываюсь сидящей на нем верхом в одном лифчике и стрингах. Он стягивает резинку с моих волос, и они рассыпаются по спине.

– Хочешь поиграть, Кенни? Так давай поиграем.

Он проводит руками по моим бедрам, сжимая их и заставляя меня тереться об его член.

– М-м-м… – Я издаю стон. – Еще.

– Сделай это сама. – Он скрещивает руки за головой, на его губах появляется надменная улыбка. – Сама, Кен. Покажи мне, на что ты способна.

Я чувствую жар, по коже бегут мурашки. Предполагается, что это Исайя должен контролировать ситуацию, показывать мне, учить меня. Но естественная реакция моего тела – двигать бедрами и тереться, поэтому я делаю именно это, насаживаясь на его член, и ощущения просто неверотяные.

Я кладу руки ему на грудь, медленно извиваясь. Его спортивные штаны достаточно тонкие: он точно поймет, насколько я мокрая. Поймет, насколько сильно я его не ненавижу.

И я не парюсь, потому что с ним мне хорошо. Легко. Комфортно.

– Боже, посмотри на себя. Ты такая красивая, когда скачешь на мне. Собираешься кончить вот так, Кенни?

– Думаю, да, – выдыхаю я, ритмично скользя клитором по его головке.

– Да, так. Чертовски приятно. Ты меня возбуждаешь. Не останавливайся, пока не кончишь. Я хочу это увидеть.

Я замечаю, как напрягаются мышцы его рук, когда он пытается убрать их за голову. Но я не хочу, чтобы его руки были там. Хочу, чтобы они были на мне.

– Исайя? – впиваюсь ногтями ему в грудь. – Ты поможешь мне кончить?

Его набухший член пульсирует подо мной, а глаза закрыты, как будто он с трудом контролирует себя.

– Когда я мог сказать тебе «нет»?

Этот же вопрос он задал мне наутро после того, как мы произнесли те пьяные клятвы. На этот раз он произносит их с чуть меньшим остервенением, но с трудом переводя дыхание.

Исайя находит руками мою талию, обнимает меня за спину, плавно проводя вверх и вниз вдоль позвоночника.

– Я… – Он качает головой. – Не могу поверить, что ты здесь. Чувствую себя чертовски счастливым. – Он берет в ладони мою грудь, большими пальцами обводя стоящие соски под кружевом лифчика. – И она… она чертовски идеальна.

Моя грудь? Нет, это не так. На самом деле, она далека от совершенства. Довольно маленькая и несимметричная, но, черт возьми, как же идеально она смотрится в его руках!

Исайя выпрямляется, усаживая меня к себе на колени, и прижимается губами к моим губам для быстрого поцелуя. Его руки скользят по моим ягодицам, помогая мне извиваться на нем, и Исайя шепчет на ухо:

– Ты еще никогда не возбуждала меня больше, чем сейчас, Кеннеди Кей. Это белье, которое ты надела для меня… Я вижу, как твои волосы струятся по спине каждый раз, когда ты извиваешься на моем члене, и я никогда, никогда не был возбужден так, как сейчас, когда знаю, что ты кончишь прямо на мне, а ведь я еще даже не имел удовольствия как следует к тебе прикоснуться.

Исайя проводит руками по внешней стороне моих бедер. Он шепчет что-то ободряющее, и мы оба опускаем глаза, наблюдая, как я двигаюсь на нем.

– Да… Мне с тобой так хорошо, Кенни. Боже, это чертовски потрясающе.

Исайя откидывается на спину. Его ладони обхватывают мои бедра.

Давление внизу моего живота быстро нарастает и опьяняет, готовое вот-вот выплеснуться наружу. Я на грани. Я так близко! И это заставляет задуматься, почему мне никогда раньше, ни с кем раньше не было так легко. Что я делала не так? Что я делаю правильно на этот раз? Почему мне так легко заниматься сексом с этим раздражающе обаятельным мужчиной?

Почему я думаю об этом сейчас? Почему надвигающийся оргазм отступает?..

У меня вырывается отчаянный стон, давление начинает ослабевать. Я борюсь, желая его удержать, но мои мышцы отказываются, – они расслабляются сами по себе. Дыхание становится ровнее, инерция исчезает.

– Нет, – отказывается Исайя. – Кончи для меня. Прямо сейчас. Я хочу это видеть.

Его большой палец скользит по моим трусикам прямо над клитором. Он водит там мягкими круговыми движениями, и мои бедра повторяют их, постепенно усиливая давление.