И самое поганое, что я все равно ловила эти мгновенья близости между нами, пусть они и были ненастоящими. Иллюзия счастья, которое невозможно. Неужели я умудрилась влюбиться в него? Как, когда?

Стоп, Аленка, никакой любви и соплей. Это все пустое. У нас с тобой миссия отмщения, так что надо быть холодной и расчётливой.

Мы шли, здороваясь с мужчинами, их спутницы оглядывали нас оценивающе, особенно меня. Моего возраста никого не было, в основном чуть больше тридцати. Мужчинам около сорока-сорока пяти.

Наконец, нас усадили за стол к Максиму, он был с мужчиной лет пятидесяти, нетрудно было догадаться, что это его отец. Они были похоже.

Мы поздоровались и познакомились, я оказалась усажена рядом с Максимом напротив Городецкого. И это ведь неспроста, наверняка. Все идёт по плану.

— Вина? — предложил Максим.

Я повернула к нему голову и посмотрела долгим многозначительным взглядом с полуулыбкой.

— С удовольствием.

Когда он передавал мне бокал, невзначай коснулась его пальцев, бросив взгляд, Максим ненадолго задержал руку, а потом отпустил с улыбкой.

Я перевела взгляд на Городецкого, делая глоток. Не надо быть физиономистом, чтобы понять: он бесится. Так-то, профессор, не вы один умеете играть не по правилам. И это только начало.

В следующую секунду взгляд Городецкого изменился, он расширил глаза, замерев. Неудивительно, потому что моя стопа легла ему между ног.

Профессор Городецкий

Что она творит? Что она, вашу мать, творит?

Нет, я понимал, что просто так мне это с рук не сойдёт, но эта девчонка переходит все границы.

Сначала она откровенно смотрит на Максима, и тут же суёт свою ногу мне между ног. И не просто суёт, а поглаживает ещё. И я, как юнец, реагирую, точнее, реагирует мое тело, что неудивительно, учитывая, сколько я уже на воздержании.

Как расстался с Лизой, так больше ни с кем… и не потому, что не было возможностей, их-то как раз хоть отбавляй, но я не хотел. Никого не хочу кроме этой взбалмошной девчонки. Даже в постели с другой думаю о ней. Паранойя какая-то.

Она невеста моего сына. Пусть там нет любви с ее стороны, но дела это не меняет.

Да какое к черту дело, когда Алена прямо сейчас наглаживает меня между ног?

— Максим, а ты такой смуглый и темноволосый, в маму пошёл, наверное? — спросила Кулагина, я напряженно ждал, сейчас она может выкинуть, что угодно.

— Точно. Она у меня итальянка.

Тоже мне, нашёл, чем гордиться. Но Аленка открыла рот в изумлении. Притом так сексуально это сделала, что даже Игорь, отец Макса, уставился на ее губы, что уж говорить о нас двоих.

— Говорят, итальянцы самая страстная нация, — сказала, снова стреляя глазками в Макса, продолжая бессовестно блуждать ногой по мне.

И эта девчонка терялась и дрожала в моих объятиях? Краснела, смущаясь собственной реакции на меня?

— Расскажи мне про Италию, — попросила, коснувшись его руки.

Макс, у тебя же столько баб в постели перебывало, неужели ты не видишь, что это только игра? Но он не видел, начал разглагольствовать, не сводя глаз с Алены, она смотрела чуть ли не ему в рот. Он так разошёлся, что даже руку положил на спинку ее стула и пару раз погладил голое плечо. А эта невозможная девчонка только благосклонно улыбалась, не убирая при этом свою ногу от меня. И не только не убирая, но и активно ей действуя.

Проще всего было встать и уйти, но я боялся, что Алена что-нибудь эдакое выкинет во время моего отсутствия. Убрать ногу тоже не получалось, она упорно возвращала ее на место. Надеюсь, нам не придётся экстренно вставать, а то выйдет конфуз, потому что моего бойца в этих узких брюках сложно не заметить.

Пока Макс болтал, Алена успела выпить бокал вина.

— Ещё? — он тут же схватился за бутылку, налив, передал ей, а она взяла, проведя пальцами по его, и все это непрерывно глядя в глаза.

Макс даже заерзал, а я разозлился ещё больше. Чего она добивается? Чтобы он подумал: дело на мази? А потом оставит меня расхлебывать? Похоже на то. Надо прекратить все это безобразие, лучше бы я ее в номере запер, честное слово.

К счастью, Макса утащили, и Алена оставила мой пах. Придя в норму, я повел ее с собой, мне надо было поболтать с некоторыми людьми, но оставлять девушку одну не хотелось.

Но Кулагина, конечно, умудрилась сбежать. Прервать разговор я не мог, закончив, отправился на поиски и приметил на одном из диванчиков сладкую парочку. Алена и Макс сидели рядом, ближе, чем допускал этикет, и болтали. Его рука опять в районе ее голых плечей, Аленкина касается его колена как бы невзначай. И тут она поправила прическу и, уверен на сто процентов, расстегнула застёжку на колье. То, конечно, стало падать, Аленка ахнула, хватаясь за него, а потом… видимо, попросила Макса помочь. Повернулась к нему спиной и села так близко, что ещё сантиметров двадцать и прижмётся к груди парня. Он не растерялся, наклонился к ее уху и что-то зашептал, застегивая колье. Не надо быть большого ума, чтобы понять, в каком направлении сейчас двигаются его мысли.