Спасение пришло с неожиданной стороны, окрик:

– Эй, бро!
– раздавшийся в задней части автобуса, оторвал Жана от его застывшего созерцания. Он отказывался верить, что это адресовано ему, пока голос не прозвучал снова по-французски, и он что-то мрачно пробормотал себе под нос.

– Я их этому не учил, - сказал он, когда Джереми искоса взглянул на него. Деррик был следующим, кто позвал его. В двух последних словах Жан не был уверен; он был слишком оскорблен тем, как ужасно они исказили произношение, чтобы разобраться.

– У нас в кампусе есть преподаватели французского языка, они могли спросить, - напомнил ему Джереми, направляясь к проходу.
– Удачи!

Жан направился в конец автобуса. Шон и Шейн сидели в самом последнем ряду, каждый в сопровождении незнакомой девушки. Деррик и Дерек сидели перед Шейном, Эштон и Эмма - напротив них. Группа Лукаса была следующей, Лукас был один, а Трэвис с Хаоюй - напротив него. Жан без колебаний скользнул взглядом мимо Лукаса и бросил пренебрежительный взгляд на так называемую двойную букву «Д».

– Не коверкай мой язык, - сказал он.

Деррик тут же указал мимо Жана на Себастьяна.

– Это был он. В любом случае, смотри.
– Он толкнул локтем Дерека, который уже поворачивал свой ноутбук, чтобы Жан мог видеть экран. У Дерека был открыт фотоальбом, и он нажал на кнопку, чтобы отобразить свою фотографию с двумя другими людьми. Ни один из незнакомцев не был одет в цвета Троянцев, но у Жана было всего мгновение, чтобы усомниться в их связи, когда Деррик ткнул пальцем в красивую девушку, сидевшую под мышкой у Дерека.

– Это моя будущая жена, - гордо сказал он.

Значит, это та самая Чериз, которую так часто рекламируют. Жан с первого взгляда понял, почему Деррик так увлечен ею, но не стал доставлять парню удовольствия, соглашаясь с ним. Он пристально посмотрел на Дерека и сказал:

– Ты позвал меня сюда не для этого.

– Да, в этом-то все и дело.

Жан повернулся, чтобы уйти, но Деррик поднялся со своего места и схватил Жана за рукав.

– Они все время с тобой. Ты должен остаться и посплетничать с нами.
– Это было нелепое требование, когда его компания так далеко от корта ничего не давала. Жан бросил на него подозрительный взгляд, но Деррик уже яростно махал Лукасу.
– Убери свои вещи, чувак, дай ему сесть.

Лукас ни за что бы этого не допустил, но после недолгого колебания он бросил свою сумку на пол. Деррик одарил Жана обаятельной улыбкой и сказал:

– Я даже не буду говорить о Королях. Клянусь богом, надеюсь умереть, молюсь, чтобы акулы все собрались и умерли, и так далее, и тому подобное.

– Что ты имеешь против акул?
– Спросил Тимми.

– Почему все в этом автобусе такие некультурные?
– пожаловался Деррик.

Шейн проигнорировал его и обратился к Жану:

– Мы остановимся на перерыв примерно через час. Я знаю, ты сможешь потерпеть нас так долго.

Жан не мог догадаться о скрытых мотивах, но они были его товарищами по команде. Пока что он был согласен с этим. Жан послушно сел на место, которое Лукас освободил для него, повернувшись спиной к собеседнику и вытянув ноги в проходе. Деррик свесился со спинки сиденья, чтобы спросить:

– О чем хочешь поговорить?

– Это была твоя идея, - напомнил ему Жан.

– О чем ты обычно с ними разговариваешь?
– попытался Деррик.

– Я в основном слушаю.

– Это сработает, потому что Деррик любит поговорить, - Сухое замечание Дерека только рассмешило Деррика.

Он не лгал; как только Деррику разрешили говорить, он начал говорить без передышки. Жан был доволен тем, что откинулся на спинку стула и слушал.

За исключением Шейна, вместе с которым Жан посещал три класса, Жан редко видел этих Троянцев вне тренировок. Поскольку Жан жил за пределами кампуса и у них не было Гнезда, которое связывало бы их, возможно, это было неизбежно, но это был редкий шанс увидеть, как они взаимодействовали отдельно от экси. В том, как они относились друг к другу, чувствовалась легкая фамильярность, когда они безостановочно перескакивали с темы на тему. Они охотно поддразнивали друг друга, но в этом не было той язвительности и скрытых обид, которыми были пропитаны слишком многие разговоры Воронов.

– О чем ты думаешь?
– Спросил Дерек, тыча пальцем себе в макушку.
– У тебя серьезное выражение лица.

Врать не было смысла, поэтому Жан сказал:

– О Гнезде.

– Ваша гостевая раздевалка ужасна, - сказал Себастьян. – Сейчас я могу это сказать?

– Вы все ничего не понимаете, - заговорил Шон.
– Он не Ворон.

Себастьян поморщился.

– Да, я просто... суть в другом. Мне не понравилось. Ты действительно там жил?

Жан подумал о темных стенах и красном освещении, о рядах одинаковых комнат и о том, как его кровь казалась черной на полу спальни Рико. Одни и те же несколько приемов пищи снова и снова, одни и те же бессердечные лица изо дня в день, и корт, где Вороны могли собраться и отдышаться. Резкий смех, дикое насилие и хруст ломающихся костей. Жан пошевелил пальцами, желая убедиться, что они работают, но отсутствие боли было столь же тревожным, сколь и успокаивающим.